вокруг теплая и уютная меланхолия, весь мир уснул, обрастая снегом, прохожие несут на шапках сугробы и выдыхают, похоже, жидкий азот. остались только мы - я и фотографии.
Питер - странный. красивый, да, величественный, и люди в нем, и домики, и история, да вот что-то не то. темно, скользко, страшно одному.
Финляндия - ведь одни названия - Кихнио, Рованиеми, Гельсингфорс (все в кучу, знаю, но так приятнее. и Лапландия). и снег. и корабельные сосны до самого неба.
Стокгольм - волшебство. Гамла Стан необыкновенный, с магазинчиками и лавочками, откуда-то появившимися колясками (ах, Эммалюнги), чудо-едой, чайками, брусчаткой, блестящей там, где пешеходы, запахом кофе, девушкой, идущей в булочную с плетеной корзинкой (а в ней - полосатое полотенце! и думается, что только так и можно), красивыми старушками.
беспорядочно:
(и брат Пушкин)


(Пушкин, но не брат)
( и много мест и младенца )